Впереди оставалось не так много огней. В темноте стояла крошечная вышка береговой охраны, а за ней виднелось забавное сооружение, в котором светились все окошки, напоминавшее по форме ветряную мельницу, только без крыльев. За ним оставался лишь покрытый грязью путь, ведущий к другому странному зданию — круглой крепости, оставшейся еще с наполеоновских войн, тоже чье-то жилье. Старая защитная башня Мартелло с обеих сторон выходила к воде, поскольку параллельно морю текла широкая река — ее устье находилось в нескольких милях дальше, а сама река расширялась в естественную укрытую бухту, где вдавалась в берег и решительно прорезала путь через болота к менее топкой территории. Высокие берега с обеих сторон пытались удержать реку в русле, но залитые поля за ними свидетельствовали о скромном успехе.

Земля, на которой стоял Келсо, некогда была выходом в естественную бухту, но нанесенный за века ил перегородил проход, и, в конце концов, когда почва затвердела, ее стали использовать крестьяне. Теперь лодкам, пришвартовавшимся в глубоко вдавшейся в берег бухте, приходилось плыть вдоль береговой линии и проходить через устье, избегая коварных песчаных берегов вокруг, а потом лавировать назад по более спокойной воде. Для двух больших рыбацких лодок, слишком больших, чтобы вытащить их на берег, был построен маленький причал. Келсо мог различить их массивные очертания среди более изящных парусных лодок и моторных баркасов, покачивающихся на ласковых волнах.

В последние два дня он говорил с одним-двумя рыбаками, тщательно избегая упоминания про инцидент, месяц назад приведший в ужас городских обывателей, и обсуждая только природные ресурсы этого района и питающихся падалью птиц, ждущих своего улова.